Герасименко Н.В., Из истории породы в Ленинграде - Гёзал

В этой части, как и было, обещано будет рассказано о племенном использовании двух сестёр Гёзал, вл. Ю. Н. Благовещенский и Гафи-Джан, вл. К. С. Кубик. Начнём с первой.

От Гёзал было получено два помёта. Первый раз с привозным из Туркмении кобелём по кличке «БЕКИР», вл. В. Н. Обрезков. Щенки два кобеля родились 30. 03. 78 года. Палевого с белым назвали «ЖАНГЁЗ», вл. Ф. Б. Белят, а второго бурого с белым назвали «ЖАТЫЙ», вл. А. Ананичев. Удивительна судьба этих собак. Любимым щенком у мамы был Жангёз. Его купил достаточно обеспеченный человек, как выяснилось позже для охраны квартиры, так как жил он на последнем этаже. Кормили кобеля, мягко говоря, скудно. Как-то на выставке хозяин хвастался: «Что ваши собаки! Зажрались! Вот у меня все очистки съедает, особенно любит от картошки.» Когда же судья сделал замечание, что собака несколько худовата то тут же последовал ответ: «Ну и что?! Я тоже худой и ничего. » Не смотря, ни на что, пёс прекрасно нёс службу и охранял хозяйское добро, но квартиру поменяли, и уехали с последнего этажа. Собака стала не нужна, и её продали в военный питомник г. Кингисеппа. Мы нашли его, но некогда общительный пёс превратился в злобного угрюмого, недоверчегого кобеля которого все боялись. Использовался Жангёз всего один раз. Его повязали с чёрно-пегой сукой по кличке «ТИКИ» вл. Ж. А. Сухопольская.

Это был помёт рождения 03. 02. 80 года из пяти кобелей: «МУХАББАД», вл. Т. Н. Денисова, «МАЗАРБЕК», вл. П-к з-да «Химико-пищевой ароматики» (это последний владелец), «МУРД», вл. А. Лубягин, г. Новосибирск, «МУРЗАИР», вл. Н. Г. Товстоногов, «МАЙЛАН», вл. А. В. Петров и одной суки «МАЗАР», вл. Ж. А. Сухопольская. Сука и Майлан погибли маленькими щенками от чумы.

Мурзаир, будучи перепродан сначала на питомник Варшавской железной дороги, а затем выкуплен из него М. Доманчуком, одним из наших старых собаководов в г. Кингисепп. В питомнике он не прижился т. к. просто озверел вследствие жуткого обращения и содержания. У нового хозяина Мурзик (так ласково его звали дома) самоотверженно охранял и дом и участок. Как-то раз, вернувшись домой хозяин, обнаружил во дворе двух лежащих человек. Одного из них пришлось отправить в больницу второго в милицию. Через месяц вышедший из больницы отомстил. Застрелил во дворе Мурзаира.

Надо отдать должное, что помёт был более чем удачным. Я бы сказала один из лучших в то время. Все кобели имели выставочную оценку «отлично». Но! Самое важное - не в оценке. Два кобеля «МУХАББАД» и «МАЗАРБЕК» по фенотипу, а как потом выяснилось, и по генотипу несли в себе тип своих предков Аула и Алтая.

К сожалению, не вязался планово Мухаббад. От него был только один внеплановый помёт от серо-палевой суки по кличке «КАМЧА», вл. Н. А. Федотова (см. № 1). 31. 10. 82 года родилось три кобеля: «МЕШХЕД», вл. Л. В. Матвейчиева, павший в возрасте 4,5 месяцев от чумы, «МЕЛИК», проданный в возрасте 9-ти месяцев в тот же питомник ВМФ г. Кингисеппа, что и его дед Жангёз и «МУРГАБ», вл. А. Ф. Перова, погибший в возрасте пяти лет от саркомы передней конечности. Это был очень мужественный пёс. Лечившие его врачи Института скорой помощи и Военно-медицинской академии поражались его мужеству. Они говорили, что люди при таких болях выпрыгивают из окон. А эта собака сама поднималась по лестнице т. к. рентгеновский кабинет находился на втором этаже. А всего за три дня до смерти довольно жёстко поддал набросившемуся на него эрдельтерьеру.

Мазарбека всё же повязали планово – один раз. Это была сука уже упоминавшаяся нами в № 2 «АРЧА», вл. С. Кульпин. Помёт был большим. Девять щенков: 4 кобеля и 5 сук. К сожалению ни один из этих щенков не оставил следа в разведении г. Ленинграда. Лучший из кобелей «ЯМИШ», вл. Ю. П. Максимов, пал около года от чумы. «ЯНЫЧАР» не представлял интереса сам по себе т. к. был некрупным с недостаточным костяком, при очень породной голове, хорошо построенном корпусе и конечностях был больше похож на хорошую суку. Была попытка повязать рыжую, в типе отца суку по кличке «ЯРДА», единственную появившуюся в городе из этого помёта, но вязка была не очень обдуманной, а вследствие этого и не удачной. Для кобеля по кличке «ХАЛИФ» (Сумбар х Маиса),  эта вязка так же была единственной.

Ещё две суки были проданы в г. Одессу. Одна из них «ЯГА» очень быстро пала от чумы, а вторая «ЯЛЛА» принадлежала руководителю породы клуба Сироте, но не вязалась.

Остаётся «МУРД», вл. В. Лубягин, г. Новосибирск. Он отличался по типу от двух своих братьев. Был в типе Гарун-Бея. Как и братья отличался некрупным ростом, хорошим костяком, прочностью сложения и злобой. Из-за злобы редко выставлялся. Его боялись в Новосибирске. Он был одним из первых азиатов г. Новосибирска. Вместе с ним, как бы в дальнейшем для него, мы отдали туда ещё двух сук от Викерса и Марты, но они пропали. Посему Мурда вначале вязали с не чистокровными азиатами. Такими как Ирма и Ата. От Ирмы в родословных встречается, например, такие суки как Муриме и Майя, а от Аты кобель Асхат и сука Айгуль.

Единственная чистопородная сука, с которой был повязан Мурд это «БАЗАРБАЙ». Из этого помёта использовались две собаки это кобель «ДУШМАН» и сука «ДАФНА». Сейчас в г. С-Петербурге живёт и используется тигровый с белым «ТУЗ», вл. Иванова О. И., который приходится правнуком Дафны по отцу и правнуком Муриме по матери через её дочь от Ямбая по кличке «АНАША» владельцем всех трёх собак является питомник ГППЗ, г. Новосибирск.

Самый интересный след в разведении оставила дочка Мурда рыже-пегая «АЙГУЛЬ». От её вязки с Барханом (Шамшир х Озаркуль), вл. Б. Зуев, родилось две замечательных собаки рыже-пегие «ВИКИНГ», вл. Зуев, г. Новосибирск и «ВЕЛТА», вл. Кормилин, г. Искитим. И до сих пор эти собаки встречаются в родословных лучших собак города Новосибирска.

Судьба второго сына Гёзал Жатыя сложилась, достаточно своеобразно. Семья, в которой он жил, была небогатой и многодетной. Его молодой хозяин считался трудным ребёнком, и приобретение собаки не спасло его от дурной компании. Кобель сопровождал парня во всех тяжких, проявляя чудеса послушания. Парень попал в тюрьму. Собака осталась в семье, не смотря на все сложности содержания. Дождался своего любимого хозяина и ещё успел научить ходить хозяйскую дочку. Жатый умер в 11 лет, прожив их любимой собакой. Выставляли его один раз в младшем классе, где он получил оценку «очень хорошо» тогда, высшую в этом классе. В разведении участия не принимал.

Не могу сказать, что Гёзал повезло со следующим помётом. Второй и последний раз её повязали с сыном Бекира чёрно-пегим кобелём по кличке «БУРИБАСАР» (Бекир х Тики), вл. Ж. А. Сухопольская. Щенки родились 17. 02. 81 года. Всего родилось шесть щенков. Трёх из них сука выбросила из гнезда. Из оставшихся двух кобелей у одного был большой недокус. Второй кобель «НУРХАН», вл. п-к Свиносовхоза п. Рахья, Лен. обл. (последний владелец) и сука «НАЙНА-БАЙ», уехавшая в г. Паневежис, Латвия, выросли здоровыми собаками. О суке сведений нет. Кобель сменил несколько хозяев, обладал жёстким характером, выставлялся, имел оценку «отлично», но вязать его откровенно боялись. После всех своих злоключений, о которых можно написать отдельный рассказ, он категорически не переносил насилия над личностью. До конца своих дней, оставался честной рабочей собакой.

Подводя итог можно утверждать, что судьба Гёзал как производительницы сложилась неудачно вернее сказать, не сложилась вовсе. А ведь она была лучшей сукой в помёте.